Трудно быть богом

19 Февраля 2014

Текст: Андрей Иванов

Начну с главного: я не журналист, не писатель, даже не блогер. Я всего лишь программист. Вернее, я был только программистом до того морозного, зимнего дня, который изменил мою жизнь раз и навсегда. С тех пор я освоил множество смежных и не очень профессий, приобрел самые неожиданные навыки и обнаружил необозримые залежи полезных умений и скрытых талантов, к разработке которых пришлось приступать весьма спешно. Теперь я артист разговорного и танцевального жанра, педиатр, повар, художник, логист, кризисный переговорщик, стилист и фокусник. Одним словом — отец

День, потрясший основы моего бытия (в том числе внесший поправки в мои представления о женской анатомии и силе духа, об анатомии особенно), был днем появления на свет нашей дочери. Сейчас я вспоминаю события давно минувших дней со смесью юмора, теплой ностальгии и злого сарказма (да-да, в первые минуты после родов я искренне думал, что самое сложное позади). Но тогда я был настроен самым серьезным образом...

Часть 1. Начало

Я бился с кофеваркой, полный решимости заставить ее сделать мое утро чуть более добрым. За окнами светился пастельными красками май, город медленно просыпался, очертания предметов были плавными, движения людей размеренными, все вокруг плыло в нежной дымке – я не спал почти трое суток. Видимо, поэтому на телефонный звонок я ответил тем самым умиротворенным тоном человека на грани нервного срыва. Жена на другом конце провода была спокойна, как йог. С таким спокойствием бухгалтер сообщает о банкротстве сотрудникам фирмы, а министр финансов о падении нефти до 20 долларов за баррель. «Хороший сегодня денек, не так ли? Я беременна». Женщины, которые обижаются на любую реакцию, кроме восторженно-радостной, кажется, просто не понимают, что человек в шоке ведет себя непредсказуемо даже для себя самого. А мужчине просто нужно время, чтобы вникнуть в происходящее.

На самом деле я был рад, я давно задумывался о том, что было бы здорово иметь напарника в страйкбольных боях и наперсника в компьютерных играх. Я не то чтобы думал, будто сразу после родов мы побежим на рыбалку, просто первые несколько лет вообще не фигурировали в моих фантазиях. Я видел себя с кульком на пороге роддома, а потом отцом веселого и сообразительного парнишки.

shutterstock_89776738.jpg

Часть 2. Испытание

К появлению на свет дочери (да-да, мой напарник, наперсник и наследник оказался девицей, о чем нам радостно сообщили на УЗИ) я готовился основательно. Однажды в детстве, перед тем как приступить к строительству скворечника, я прочитал 5 книг о свойствах древесины, архитектуре и даже истории зодчества. Когда я закончил теоретическую подготовку, наступил сентябрь, и строительство лучшего скворечника всех времен и народов было отложено на полгода. Мог ли я обойти вниманием информацию о взращивании младенцев? Многое мне, надо заметить, пригодилось, когда случилось то, чего я ожидал менее всего.

Жизнь после роддома была поначалу почти идиллической. Все чувствовали себя вдохновленными и счастливыми, дочка спала и ела, жена спала и кормила, я наслаждался отпуском. Дом погрузился в сонный покой. Однажды вечером супруга почувствовала себя плохо, боли в животе, которые впоследствии оказались острым аппендицитом, нарастали, и мы вызвали скорую. Ребенку нужна живая и здоровая мама, поэтому от госпитализации мы отказываться не стали. Так молодая мама оказалась в больнице, а ее мама поехала за ней ухаживать. А я что, у меня отпуск, я дома.

Часть 3. Божьи коровки

Из кроватки на меня расфокусирванным взглядом смотрела двухнедельная девочка. И вся ответственность за это беспомощное маленькое существо целиком лежала на мне. Честное слово, я бы предпочел отвечать за работу фаервола Пентагона, за исход коронарного шунтирования диктатора небольшой африканской страны или за стрижку своей жены. Первый приступ паники я переждал в ванной: «Я взрослый мужчина, жизнь подбрасывала мне и не такие задачки, ничего сложного здесь нет». Аутотренинг был прерван пронзительным, требовательным, одновременно жалобным и невыносимо раздражающим плачем. «Соберись, тряпка, успокой ребенка, тебе еще идти смесь покупать», - при мысли о покупке смеси на меня обрушился второй приступ паники.

Мне было страшно, Аня вопила так, что на ее крошечном личике был виден только огромный беззубый рот. Почему она плачет? Она голодная? Или надо поменять памперс? Может, болит живот? Что делать? Положил девицу на пеленальник, так, голова не оторвалась, я молодец, проверил памперс – ложная тревога. Зато заорала она еще громче. Взял на руки, покачал, мотаясь по комнате и распевая в голос: «We are the champions!» Смотрит удивленно или испуганно, психологи говорят, что это самые трудноразличимые эмоции. Молчит, ура, надо срочно упаковать дочь в зимнюю одежду и пойти в аптеку.

Одеть ребенка – это квест, по сравнению с которым Assassin's Сreed – пятнашки. Запомните, уважаемые отцы, у новорожденного нет шеи! То есть той шеи, которая держит голову и придает упругость всей конструкции, в том числе обеспечивает необходимое сопротивление, когда вы натягиваете на себя водолазку. А вот руки у новорожденных сильные и ноги тоже, поэтому натянуть что-то через голову отбивающемуся младенцу –  задание для подготовленного ниндзя, которым неизбежно станет любой родитель потом, к двухлетию своего чада. Но не сейчас. Так что «вон тот миленький свитерочек с божьими коровками всего за 1500 рублей» отложите обратно на полку магазина и купите нормальную одежду с большими, крепко пришитыми кнопками спереди, и будет всем счастье.

Я вспотел, устал, я почти озверел и возненавидел божьих коровок на всю жизнь, запихивая ребенка в тот чудный свитерочек. Всего час борьбы, и мы, обессиленные, но довольные собой, закончили процесс сборов. На всякий случай я надел на дочь что-то вроде футболки с длинным рукавом, к которой были пришиты трусы, два комбинезона, свитер, теплые носки, две шапки (закрывавшие ребенку один глаз и пол-лица, но это было лучшее, на что я оказался способен).

Часть 4. Слинг

Почему я вспоминал в тот вечер магазин колясок со смесью вожделения и досады? Сейчас расскажу. На самом деле слинг – это очень удобный девайс, который в тот вечер я оценил не вполне. Коляску жена отказалась покупать наотрез, чем расстроила свою маму до слез. Зато слингов, которые на первый взгляд напоминают широкий тканый шарф длиной метров 5, было много. Мотать его просто, носить в нем ребенка легко и удобно. Наш ортопед всесторонне поддержал такое решение в отличие от более распространенных кенгуру, про которые он пробурчал нечто непечатное.

Но нас было трое: я, младенец и 5 метров ткани. Как совместить эти компоненты, я представлял себе лишь теоретически, однако глаза боятся, а руки гуглят. В итоге взмокший в четырех слоях одежды ребенок надрывно орал, а я судорожно пытался  повторить движения женщин из обучающего видео, постепенно принимая образ незаконнорожденного сына мумии и гусеницы. Это через три месяца я мотал слинг одной рукой и с закрытыми глазами хоть в поезде, хоть в самолете и за 60 секунд. Тогда я был еще начинающим ниндзя. К счастью, Аню одевание утомило так же сильно, как меня, и она уснула сразу как только я наконец примотал ее к себе слингом.

Часть 5. Аптека

А теперь представьте себе, как осторожной поступью, немного боком по зимней московской улице брела одинокая двухметровая фигура, прижимая к груди что-то очень ценное. Никогда я не испытывал такого негодования по поводу скользких тротуаров, нечищеных дорог и как попало припаркованных машин. Моя гражданская активность возросла в разы. До аптеки я добрался без приключений, купил смесь, посоветовавшись по телефону с педиатром, и вернулся домой переполняемый гордостью как раз к пробуждению голодного младенца.

shutterstock_89761492.jpg

Часть 6. Отчаяние

Накормить ребенка смесью оказалось проще простого, я даже немного поумилялся довольной чмокающей девочкой. Окрыленный успехом, на волне энтузиазма я решил тут же Анечку искупать. Это была большая ошибка, хотя поначалу все шло хорошо.

Ванна была наполнена теплой водой, сверившись с показаниями термометра, я начал купать барышню. Я медленно погружал дочь в воду, ребенок радовался, спина затекала, руки ныли. Затем я решил перевернуть ее в воде на живот, и младенца тут же стошнило.

Я сидел на полу, оглушенный очередной порцией рыданий, и смеялся. Смешным было все: ирония судьбы, волей которой я был наказан за свою самоуверенность, злющий маленькой комочек, доводящий соседей до эпилептического припадка, здоровый мужик, сидящий на полу в ванной в 10 часов вечера с бессмысленной улыбкой на лице. Через 10 минут я отмыл вопящее дитя в раковине, завернул ее в чистую пеленку и побежал на кухню готовить новую порцию смеси. Я молодец.

Одной рукой разводить ужин дочери несколько неудобно, подумал я, глядя на опрокинутую пятилитровую канистру воды. Достал слинг с кольцами, засунул туда ребенка, в три минуты организовал ужин и протер шваброй пол. Аня была сыта и мирно радовалась жизни до тех пор, пока я не решил переложить ее в кроватку. Мгновенно осознав свою ошибку, я засунул дочь обратно в слинг. Я побродил по квартире, станцевал сальсу (хочу верить, что это была она), попил сока и внезапно обратил внимание, что ребенок спит крепко и глубоко. Вернул девицу в кровать и осмотрел квартиру. Повсюду валялись горы детской одежды, белели снежными пиками на вершине дивана влажные салфетки, кухня была обильно припорошена сухой смесью, ванная своим видом отсылала к триллеру «Темные воды», то тут, то там проглядывали использованные памперсы.

За наведением порядка я провел часа полтора, когда позвонил телефон и теща сообщила, что жену успешно прооперировали, до утра она пробудет в интенсивной терапии, а потом ее переведут в отделение. Маргарита Германовна отправилась домой отдыхать, а я остался переваривать информацию. Значит, еще минимум  4–5 дней мне придется провести наедине с моей красавицей дочкой. Хм... подумаю об этом завтра.

Я выпил валерьянки и лег спать. Как только я начал проваливаться в сон, пробудилась Аня. На этот раз я застал момент, когда она лишь недовольно похмыкивала и вертела головой, и успел сунуть ей бутылку до того, как началась очередная страстная сольная партия, призванная довести соседей до могилы, а меня до кабинета психиатра. Следующей ночью я несколько раз повторил цикл «приготовить смесь–покормить–поменять памперс–уложить обратно», один раз наступил в использованный подгузник и даже подобрал на гитаре «Sun shine» в половине пятого утра.             

Часть 7. Триумф

За последующие несколько дней я научился одновременно петь, включать стиральную машинку, готовить смесь и разговаривать по телефону с обеспокоенной женой. Я чувствовал себя мастером на все руки, правда, порой руки эти у меня опускались, как в тот день, когда я обнаружил, что стандартные меры утешения не работают, ребенок судорожно брыкается и орет пуще прежнего, чтобы я ни делал. Аня была красная и злая, я мучился от бессилия и желания ей помочь. В итоге я позвонил нашей акушерке с курсов, и эта чудесная женщина рассказала мне про колики, газики и еще что-то, чего я не запомнил.

Потом жизнь снова шла своим чередом. Я заказал себе пальто, в котором можно носить ребенка в слинге, заполнил аптечку пузырьками детских лекарств, нашел пару дешевых интернет-магазинов с отличными подгузниками, в конце недели даже выбрался на часок на свадебную прогулку знакомых, где сорвал овации и восторги участников. Невеста, кажется, даже слегка обиделась, выпав из центра внимания гостей. На банкет я, разумеется, не пошел, дома нас по режиму ждал обед и концерт авторской песни. 

***

Жена вернулась домой, завершив мой 10-дневный марафон. Я даже немного ревновал и часто беспокоился, что она оденет Аню слишком тепло или даст ей чересчур холодную смесь. Но как же я был счастлив!   

Возврат к списку →