Как талантливые художники стали преподавать особенным детям

20 Июня 2017

Художник Ирина Мамонтова посвятила свою жизнь особенным детям. В студии «Цветы жизни» она вместе с педагогами-волонтерами — например, профессиональным иллюстратором Тимофеем Козиным — учит рисованию детей с синдромом Дауна, а у них учится искренне радоваться жизни.

1 (1 of 1)-39.jpg

Тимофей Козин
44 года
Образование: МПГУ им. Ленина, преподаватель рисования
Основная деятельность: графический дизайнер и иллюстратор

Ирина Мамонтова

59 лет
Образование: МВХПУ им. С.Г. Строганова
Руководитель творческой студии «Цветы жизни»

Тимофей:

— Я всегда хотел быть художником, как родители, маленьким расписывал стены, разрисовывал одежду, себя и все, что попадало под руку. Удивлялся, что другие так не делают. Всегда хотел, чтобы праздник не кончался. Занимался лепкой в школе, в последних классах учился в школе при архитектурном институте. Занимался в мастерских современного искусства, одним из преподавателей был Андрей Бартенев, потом некоторое время работал с ним. После института стал работать в рекламе как дизайнер, а потом и как арт-директор.

В 2011 году в студию меня пригласила Ира Мамонтова, мы с ее мужем трудились вместе. Мне хотелось узнать, смогу ли я найти с такими необычными детьми общий язык и чему-то научить их. Оказалось, что учусь у них я сам. Никогда не пожалел об этом. Мне очень интересно заниматься с нашими учениками. Они не похожи на обычных детей, они как инопланетяне.

Задача нашей работы в том, чтобы ребята перестали бояться! Потому что они чувствуют через окружающий мир и даже через своих родителей настороженное к себе отношение и порой агрессию, хотя это добрейшие и милейшие люди.

Они полны любви и энергии, и мы с Ирой стараемся, чтобы дети показали, что у них внутри, всем остальным. Когда получается, это очень здорово, и мы заряжаемся сами.

Дети все разные, кто-то очень осторожный, а кто-то ничего не боится и просто прыгает на лист от переполняющих его эмоций. Вася, например, рисует, только когда поет, и мне приходится разучивать всё новые и новые песни. Главное, попасть в ритм. Вообще, когда ты приходишь в студию, нужно попасть с ребятами на одну волну. Для этого приходится оставлять энергию московской суматошной жизни за дверью и настраиваться. Это иногда, конечно, трудно. Но если все получается, то время летит незаметно.

Я учусь у них открываться и подпитываюсь их мощной энергией. Кроме того, эти дети свободны от хитрости, злости и желания обмануть. Я думаю, если наши ученики будут уверены в своей ценности и значимости, если поймут, что они что-то собой представляют, то им будет гораздо проще контактировать с обычными людьми, да и обществу с ними тоже. Поэтому постепенно отношение к ним будет меняться, да оно меняется и сейчас.

_MG_2997.jpg

Ирина:

— У меня двое взрослых сыновей, один из них иконописец. Я стала заниматься с ним с шести лет, он рисовал сухой пастелью на цветной бумаге. Его детские картины меня вдохновляли. В рисунках любого ребенка есть что-то такое, что не получается у взрослых, профессиональных художников. Этим меня и привлекают занятия с детьми. Всегда присутствует элемент чуда, непредсказуемости — хоть у них и нет опыта, но есть свежесть восприятия предмета, свобода от стереотипов.

Эта свобода особенно характерна для людей с синдромом Дауна. По моим наблюдениям, один и тот же объект в разное время может изображаться особым художником по-разному.

Однажды мне предложили сделать знак и дизайн макета нового журнала «Синдром Дауна. XXI век» для благотворительного фонда «Даунсайд Ап». Я познакомилась и подружилась с замечательными самоотверженными людьми. И мы начали сотрудничать. В 2009 году я готовила к печати очередной номер журнала, и в статье Сильвии Эскамиллы о мексиканской школе-студии «Даун Арт» меня поразили картины художников с синдромом Дауна. Захотелось, чтобы у нас тоже появилась такая студия. Дальше события развивались стремительно: я познакомилась с руководителями родительского объединения «Время перемен». Правительство Москвы как раз выделило организации хорошее помещение на Курской, и очень скоро мы начали занятия.

Конечно, одной мне было не справиться, и я позвала своих друзей-художников поработать волонтерами. Мы предоставляем себя в распоряжение детей — не рисуем за них, а побуждаем, вдохновляем, заинтересовываем их. Результаты первых же занятий были фантастическими! Занятия рисованием и живописью с этой категорией людей у нас, к сожалению, не развиты широко, а красота живет в каждом из них, надо только ее выманить на свет и показать миру.

В самом начале было много неясного в наших отношениях, моего страха… Например, как их понимать, когда некоторые не говорят вообще, а те, кто говорит, делают это невнятно? Опыт накапливается, и в результате я их очень полюбила. Мне стало легко их понимать и интересно заниматься совместным творчеством на равных, а не из жалости. Все люди чувствуют любовь и отвечают.

Каждый ребенок с синдромом Дауна, способный удерживать мел или кисточку и воспринимать речь, — потенциальный художник. Он может осваивать окружающий мир через рисование объектов этого мира. Как и обычные дети, наши ученики — с разным темпераментом, способностями и возможностями. Некоторые говорят плохо, плохо слышат и видят. То, что на детских картинках изображения предметов достаточно крупные, отчасти и связано с плохим зрением у детей с синдромом Дауна. Рисуя объект в увеличенном виде, ребенок его изучает и узнает очень близко, с характерными подробностями. Он их сам увидел, понял и нарисовал. Вещь приближается и перестает пугать, становится «своей». Пастель или кисточка всегда в руках у ребенка: «Ты рисуешь сам!». Это помогает разбудить инициативу и справиться со свойственной им инертностью. Мы комментируем, объясняем, подбадриваем, отмечаем удачные моменты, советуем и получаем ответ — отклик на бумаге.

С возрастом приходит понимание того, что надо не только брать, но и отдавать. Отдавать гораздо приятнее. У нас в обществе за последние десять лет происходят позитивные изменения в отношении к людям с ограниченными возможностями. Для них что-то делается, об их жизни рассказывают СМИ. Но, как мне кажется, надо просто впускать их в свое сердце, а не откупаться спонсорскими деньгами. Нужно потратить свои собственные чувства и душевные силы на общение с такими людьми, чтобы получить сторицей. Я становлюсь счастливее от общения с ними, хотя это кажется парадоксом. Поэтому я стремлюсь больше показывать наши картины, устраивая выставки и праздники, куда приходят обычные люди со своими детьми. Они видят, что это такие же дети, как у них, просто немного другие.

Сейчас я ищу возможность в содружестве с издательством «Дар» с помощью краудфандинга на сайте planeta.ru собрать средства на издание книги-альбома по материалам наших занятий. Эта книга может стать наглядным вдохновляющим руководством к действию для педагогов и родителей детей с особенностями развития. Она расширит представление о творческих возможностях людей с синдромом Дауна. Книга поможет обществу узнать, принять и полюбить творчество «особых» художников, сделать его, востребованным, придать практический смысл их деятельности.

Читайте также

Возврат к списку →