Он хотя бы попробовал... О спектакле «Рубиновый вторник» в «Театре Луны»

26 Мая 2017

Говорят, сложнее всего для актера – сыграть пьяного и сумасшедшего. А что, если роль предполагает и то, и другое? Актеры «Театра Луны» рассказали о том, какие трудности могут возникнуть при подготовке к роли умалишенного и почему спектакль «Рубиновый вторник» заставляет прослезиться не только зрителей, но и самих исполнителей.

Рубиновый вторник общий.jpg

Спектакль «Рубиновый вторник» по произведению Кена Кизи «Пролетая над гнездом кукушки» идет в «Театре Луны» уже 12 лет. За основу был взят не сам роман, а адаптированная для сцены пьеса Дэйла Вассермана «Рубиновый вторник». Это история о преступнике МакМерфи, который, сымитировав умственное помешательство, попадает в психиатрическую больницу. Поразившись абсолютному бездействию и смирению тамошних постояльцев, МакМерфи решается на бунт, и показывает больным, что такое свобода...

«Я бы не сказал, что мы играем сумасшедших как таковых, – говорит исполнитель роли Хардинга Владимир Бегма. – Наши персонажи – это люди, которым не повезло в жизни. Да, у них у всех есть свои причуды, и да, их можно назвать «сумасшедшими» и даже от чего-то лечить, но, по сути, они – просто отверженные закомплексованные мужчины, которые боятся реальной жизни».

«Мой персонаж Билли, – рассказывает Александр Песков, – это в какой-то степени человек дождя. У него множество различных комплексов, включая эдипов комплекс, недолюбленность со стороны матери, всевозможные психические и даже физические отклонения».

«У каждого из героев есть заболевание, – утверждает Дмитрий Воронин, исполнитель роли Скэнлона, – и нам, актерам, необходимо четко осознавать его причину. У каждого психа – своя цель, своя сверхзадача. Например, симптом моего героя – бред величия. Он считает себя чрезмерно гениальным и настолько обижен на окружающий мир, что хочет его взорвать. И пусть он собирает свою бомбу уже 8 лет, сам он твердо уверен в том, что когда-нибудь она сработает».

Рубиновый вторник Полосухин.jpg

Известно, что чем непопулярнее произведение, тем интереснее зрителю наблюдать его экранизацию: ведь когда не знаешь финала, то ничто не испортит впечатления от самой истории, которая может тронуть до глубины души. Режиссер Павел Урсул же решил рискнуть, и не только тем, что поставил всем известное (если не по книге, то по фильму уж точно) и всеми любимое произведение, но еще и тем, что постановка получилась продолжительностью в три с половиной часа, а удерживать внимание зала столь долгое время под силу только настоящим профессионалам.

«Чтобы не наскучить зрителю, нужно просто жить, – поясняет Владимир Бегма. – Это общеколлективная задача и одновременно задача каждого актера индивидуально».

«Этот спектакль – ансамблевый, – соглашается Дмитрий Воронин, – и если он не идет у кого-то одного, то идет у остальных. И, конечно же, мы всегда находимся в поисках. Какие-то новые «фишечки», которые то и дело появляются в спектакле путем импровизации, могут закрепиться, а за какие-то режиссер может и поругать».

Михаил Полосухин, исполнитель роли Вождя, участвует в спектакле с самого его зарождения. Но по его словам, ему до сих пор есть над чем работать. «Я не довел до совершенства эту роль и никогда не доведу, – признается актер. – В отличие от других, у меня очень жесткие рамки, такие как отсутствие текста, поэтому я не могу позволить себе какие-то вольности. Я держу своего персонажа в контексте, придуманном режиссером. Но, тем не менее, каждый раз совершенствую своего героя».

Его коллега Александр Песков, как и сам Михаил, является не только исполнителем, но и сочинителем своей роли. На вопрос о том, как происходил процесс этого сочинения, он ответил: «Нет ничего интереснее, чем  утрирование роли. Играть самого себя не интересно, интересно играть то, что дальше всего от тебя. Поэтому процесс зарождения спектакля был настолько увлекательным, настолько захватывающим, что какие-то элементы, включая режиссерские ходы и даже реквизит, появлялись прямо на лету».

«Да и сам материал безмерно хорош, – соглашается Михаил Полосухин, – тема бунтарства среди забитых людей, тема обретения свободы, права выбора и голоса – это невероятно занимательно».

Рубиновый вторник Бегма и Майсурадзе.jpg

Поначалу спектакль шел на малой сцене, и лишь через несколько лет «больницу» перенесли в большой зал. Сменялись и актеры. Но, как заметил Михаил Полосухин, «от смены актеров спектакль не становится ни лучше, ни хуже, он становится просто немного другим».

«Меня очень быстро ввели на эту роль, и мне поначалу было сложно понять причину резких смен настроения своего героя. Выучить текст и партитуру – это только полдела, главное – полюбить своего персонажа, – рассказывает Дмитрий Воронин, – и я люблю его за то, что он совершенно не похож на все остальные мои роли: ведь обычно я играю красавчиков и героев, а здесь могу позволить себе быть некрасивым, смешным, жалким и одновременно трогательным».

«А для меня главной сложностью было не внутреннее состояние, а внешний облик, – говорит Владимир Бегма. – До меня эту роль играл возрастной актер, и придать себе лишних тридцать лет оказалось не так-то просто.  Несмотря на то, что мой ввод, как и у Димы, был срочным, внешнюю форму я искал долго. Походка, осанка, даже морщины – это все биография моего персонажа, и именно внешняя форма приводит меня к внутреннему состоянию и пониманию своего персонажа».

«Мы много молчим, а чтобы не возникала пустота, нужно всегда иметь в голове внутренний монолог. Самое сложное – зона молчания. Когда я точно начинал эту роль, я не знал, что делать между своими репликами. Но постепенно я менял себя и зоны молчания заполнял внутренним монологом», – добавляет Дмитрий Воронин.

Рассуждая о трудностях подготовки этого спектакля, Михаил Полосухин заметил: «Вообще, подготавливать себя к роли больного человека – задача не из легких. Самое главное – это не переиграть, и поэтому необходимо провести большую подготовительную работу: изучать поведение таких людей, много читать и наблюдать…»

«Но все наши герои – не до конца помешанные, – добавляет Дмитрий Воронин, – Это скорее эксцентрика, самоирония и т.п.»

«Над вымыслом слезами обольюсь…» – цитирует Пушкина Александр Песков, – это скорее фантазия, воображение, горячие пылы разума, души и сердца».

«Обычному зрителю интересно в каждом персонаже узнавать себя, – говорит Владимир Бегма. – Тогда и только тогда зритель включается в историю, которую ему рассказывают. Элитарное искусство – это искусство не для всех, и я сам не приверженец этого дела. Поэтому никто не играет сумасшедших. Причуды есть у всех: у вас, у меня… Важна суть человека, и важно то, о чем автор хотел сказать. Не зря мы почти весь спектакль не уходим со сцены. Мы тянем единую линию, мы – единый организм, некий террариум. Каждая фигура выполняет свою задачу, но при этом зритель угадывает знакомые ему черты».

Рубиновый вторник Солнцева.jpg

Спектакль «Рубиновый вторник» пропитан юмором  и рок-н-роллом, но, не смотря на это, каждый зритель после просмотра будет наполнен множеством противоречивых эмоций и вопросами, ответы на которые ему предстоит искать на протяжении всей жизни. Как сказал Владимир Бегма: «Спектакль – это энергообмен со зрителем». Идя в театр Луны можете быть уверены, что подобны энергообмен произойдет.

Текст: Филюк Тая
Фото: Маруся Гальцова
 

  

Возврат к списку →